Category: архитектура

Category was added automatically. Read all entries about "архитектура".

Сегодня день Креста как-никак...

Колизей

В беглом свете, в изломах теней,
Ветер выдохнув знойной волною,
Предо мною встает Колизей,
Изнутри озаренный луною.

О, как долго я ракурс искал,
Чтоб постичь, обходя по овалу,
Этой чаши щербатый оскал,
Лунных арок пустые провалы!

Я, пылинка, смотрю не дыша,
Как со стоном сползает с орбиты
Крови спекшейся каменный шар,
Масса мертвая страшной планиды.

Я пригнулся, я шею втянул,
А из мглы навалился на плечи
Неподъемный ликующий гул,
Торжествующий рев человечий.

В нем услады жестокой разлет,
В нем количество, поступь, дружины.
Колизей, колесницы, народ –
Гром и пульс колоссальной машины.

Как скрипит твоих истин песок
На зубах уголками сомнений!
Но дымящийся приторный сок
Родниковой воды не заменит.

Так и вижу твой царственный плат –
Тент гигантский под вспышкою полдня,
Пекло плоти и золото лат…
Отчего же ты черен сегодня?

Отчего ты, как Сталин – рябой,
Как удавленный цезарь – коричнев?
Тут срифмованы кровь и Любовь –
Та, что Веры с Надеждой первичней.

Кто ж тебя этой рифмой взорвал?
Как мембрану хотения злого
Превратило в нелепый кимвал
С дуновением схожее Слово?

Злей и гуще в ночи Колизей.
Но лучащейся внутренней ломкой
Зреет небо свободы моей
И восходит над каменной кромкой.

Я как будто взлетаю в зенит,
Но и там, за границами плена,
Мне и в душу и в ноздри разит,
Подземельями щерясь, арена.

Ты притухший вулкан, Колизей.
Прах седой долетает, как шепот:
«Я разрушен Любовью твоей,
Изуродован, как биоробот.

Я земли притяженье и гнет.
Я зову тебя к крови и гною,
Чтоб свести исторический счет
Меж свободой твоею – и мною».

Ноябрь 2013
----------------------------------
Стихи Алексея Широпаева. Ссылка обязательна.

День достоинства


В центре Киева собралось уже несколько сотен тысяч участников народного вече «День достоинства».
Как передает корреспондент УНИАН, площадь перед Октябрьским дворцом, улица Институтская, Майдан Незалежности и Крещатик, вплоть до здания КГГА, полностью заполнены людьми.
http://www.unian.net/news/612130-na-narodnom-veche-sobralos-uje-neskolko-soten-tyisyach-lyudey.html

Италия


                                                                                                      Фото Сергея Наумова.


Сергею Наумову

Немая ноздреватая луна –
Нахрапистая родина-не-мать,

Цемент обледенелый,
Запредельный,
Зовет с востока, из небытия…
И слово «блядь»,
Забытое, как будто, за неделю,
Тебя  колбасит, римская весна.

Луна-Россия в ледяных наростах,
В молочной мгле якутского мороза
И с черною обратной стороной!
Мой крик в ночи, как желтая мимоза:
«В Россию не хочу!» - в провал степной,
В шинельный серый снег, в потемки, слякоть,
В унылый хаос лиц,
К Толстому, Чикатило, Ильичу!

Луна бугрится, будто лоб маньяка
В припадке мессианской колотьбы…

Здесь так же брешут псы,
И кажется, что средней полосы
Вдали огни играют за ветвями.
И кажется, сейчас пойдешь полями –
И там упрешься в «Белые столбы».

Но воздух, воздух тут – сама свобода.
Свалился я с луны – на радостную твердь.

Проснулся я – и вот одна забота:
Случайно не уснуть в Россию, будто в смерть.

Да, не прошло и двадцати веков –
И блудный сын на родину вернулся,
Оставив мир снегов и дураков.
Что ж делал я? В чужих молитвах гнулся,
Орду зубцами пылко украшал,
Вершил венецианский карнавал
На берегах чухонских, в лесотундре –

И потемнели золотые кудри,
Глаз не сберег я синюю свечу.
Но на сетчатке в тысяче зеркал
Все воздымались кручи Палатина,
Где голосят, как птицы, апельсины,
Все голосят: «В Россию не хочу!» 

Я не успею, мне не надышаться
Свободой, обретением себя,
Тобой, имперский дух канализаций,
Крысиных нор и солнечных холмов!

Не надышаться – такова Судьба.
И я смотрю, смотрю поверх голов
Туда, где вновь над горизонтом зяблым
Размахивает Мачеха мечом,
Точнее, не мечом – татарской саблей.

Прощай весна, языческие рощи,
И Колизей, подъеденный мочой,
Напоминанье мощное о мощи.
Ущербный, ты живее всех живых,
Что закольцованы в кругах твоих.

Прощай навеки, розовая  даль,
И Рима полустертая медаль,
На коей – русский благородный профиль.
Твои щербины, потускневший мускул
В себе, преобразившемся в этруска,
Запечатлел звериным кодом крови.

Прощайте, тени мертвых легионов,
Что полнокровней, чем зевак орда…
Астральный контур храмовых фронтонов,
Что явственней, чем ваши города…

Прощай фонтанов чистая вода,
Навек моими ставшая слезами…
Прощай, из окон свисшее белье
Под ярко-голубыми небесами…

Прощай, простое счастие мое.

Осталось тут мое второе время
И мокрый след на вытертых камнях,
Порожний батл и высохшее семя
В трехзвездочных просторных простынях.

И с ним останусь я!

Я не вернусь. Мое вернется тело,
И будет по снегам бродить несмело,
Как синий зомби, ужасая Русь.
Его окликнут – зомби отзовется,
И даже Алексеем назовется,
И паспорт зачитает наизусть.

Одето плотью паспортное имя.
А я средь тонких тел немеркнущего Рима –
Все! – остаюсь.

Сбежал я по пути в аэропорт
Из вечного ордынского полона,
В туманах растворившись без остатка
Вблизи Болоньи, в тишине полей.
Моя душа бежит по синим склонам
В компании крестьянских лошадей.

(Март 2005 г., из цикла "Смерть в Италии").

Стихи Алексея Широпаева. Ссылка обязательна.

Обращение к храму Христа Спасителя - в день Перуна


«Я лечу к тебе, Вулкан. Мне смешон
твой зловещий, утробный, яростный хохот
чревовещателя.
Пойми – ты надо мной не властен!...»

Ф. Т. Маринетти, «Авиатор-футурист обращается к отцу своему, вулкану».

Не вулкан ты, хоть рыкаешь басом.
И клокочет в тебе не огонь –
Покаяний фекальные массы,
Грибовидно клубящие вонь.

Ты хрипишь литургий караоки,
Обдавая дыханьем гнилым...
Как твои золотые коронки
Мне бы выбить ударом одним?

Как тебя уничтожить скорее,
Самоварный, фальшивый, тупой?
Я на «юнкерсе» юности рею,
В разворот заходя боевой.

Пикировщик напевен как лира.
На штурвале – поэта рука.
Вижу: в центре наклонного мира,
Где полуднем сверкает река –

Мастодонт, бородавка империи,
Одиозный, как ханский шатер.
Сквозь веселое солнце пропеллера  
Я смеюсь над тобою в упор!

Вся кабина пронизана светом.
Златоглавая цель – на виду.
Отделилась от брюха ракета
И, свистя, понеслась в фофудью.

Прямо в купол, где темное имя
Притаилось в угаре свечном!
Пусть молекулы третьего рима
Распадутся в просторе речном –

Чтобы лебеди-гуси кричали,
Как на Ладоге, славя рассвет!
Чтоб заладилось века начало,
И господствовал в небе поэт!

Чтоб остался навеки потомкам
Идеального мира плакат:
Водоем синеокой воронки,
Отразивший звезду-аппарат.

Стихи Алексея Широпаева. Ссылка обязательна.

Крик муэдзина


Надпись на плакате: "Ислам будет господствовать во всем мире".


На днях в Лондон прибыл Герт Вильдерс – знаменитый нидерландский правый либерал. Он пытался посетить Лондон еще в феврале этого года, но тогда Вильдерса не впустили. Сейчас британский суд отменил запрет. Вильдерс намерен провести в Великобритании публичные дебаты об экспансии ислама и устроить показ своего публицистического фильма «Фитна», вызвавшего большой резонанс во всем мире.

Я не видел фильм «Фитна» и не знаю, хорош он или не очень. Мне в данном случае важно другое. Сразу после приезда Вильдерс заявил: «Я считаю проблемой исламскую идеологию, исламскую культуру, потому что я уверен: чем больше у нас ислама — тем меньше у нас свободы». Вильдерс всегда почеркивал, что считает свободу фундаментальной ценностью, «выковавшей величие Европы».

В ответ толпа цветных, встречавшая нидерландского политика акцией протеста, выкрикивала: «Вильдерс, иди к чёрту!», «Свобода, иди к чёрту!» и – внимание - «Шариат для Европы!».Collapse )

РАЗГОВОР ПЕРСПЕКТИВИСТА С ХРАМОМ ХРИСТА СПАСИТЕЛЯ

(Памяти Маринетти)

Не вулкан ты, хоть рыкаешь басом.
И клокочет в тебе не огонь –
Покаяний фекальные массы,
Грибовидно клубящие вонь.

Ты хрипишь литургий караоки,
Обдавая дыханьем гнилым...
Как твои золотые коронки
Мне бы выбить ударом одним?

Как тебя уничтожить скорее,
Самоварный, фальшивый, тупой?
Я на «юнкерсе» юности рею,
Заходя в разворот боевой.

Пикировщик напевен как лира.
На штурвале – поэта рука.
Вижу: в центре наклонного мира,
Где полуднем сверкает река –

Мастодонт, бородавка империи,
Одиозный, как ханский шатер.
Сквозь веселое солнце пропеллера
Я смеюсь над тобою в упор!

Вся кабина пронизана светом.
Златоглавая цель – на виду.
Отделилась от брюха ракета
И, свистя, понеслась в фофудью.

Прямо в купол, где темное имя
Притаилось в угаре свечном!
Пусть молекулы третьего рима
Распадутся в просторе речном –

Чтобы лебеди-гуси кричали,
Как на Ладоге, славя рассвет!
Чтоб заладилось века начало,
И господствовал в небе поэт!

Чтоб остался навеки потомкам
Идеального мира плакат:
Водоем синеокой воронки,
Отразивший звезду-аппарат.